На основе открытых источников Би-би-си совместно с изданием «Медиазона» и командой волонтеров удалось установить имена 53 586 российских военных, погибших в ходе вторжения в Украину.
Еженедельные показатели подтвержденных потерь России вновь начали расти, что может быть отражением продолжающегося наступления российских сил на Харьковском направлении.
За последние две недели подтвердилась гибель еще 1431 человека, что выше средних показателей потерь 2022 и 2023 годов.
Один из погибших в апреле — рядовой Феликс Эдмундович Дзержинский.
Современный тезка создателя советской спецслужбы и разработчика политики «красного террора» прожил большую часть жизни в Казани под именем Айдара Сабирзянова.
В районе 2018−2019 годов, как выяснила Би-би-си, Айдар решил официально сменить свои данные и стать Дзержинским.
Судя по публикациям на странице Феликса Эдмундовича в соцсети «ВКонтакте», 17 февраля этого года он прилетел в Чечню и отправился на базу подготовки добровольцев.
Всего через девять дней Дзержинского отправили на фронт. А уже 7 апреля он погиб. Похоронили его с соблюдением ряда мусульманских обычаев.
14% из известных погибших были добровольцами, то есть пришли в Вооруженные силы с гражданки уже после начала вторжения и подписали контракт по своему желанию. Еще 12% — мобилизованные.
Самая крупная категория потерь — это по-прежнему заключенные, поехавшие на фронт из российских колоний. На них приходится 20% всех установленных потерь российской стороны.
Реальное число потерь определенно выше, чем установленные журналистами цифры, так как они опираются лишь на те данные, которые нам удается найти и проверить по открытым источникам: сообщения чиновников и СМИ, публикации близких родственников погибших в соцсетях и информация с кладбищ.
Основные тенденции
Самой быстрорастущей категорией потерь на данном этапе являются добровольцы. С осени 2023 года фиксируется резкий и существенный рост погибших именно в этой группе. С октября еженедельные потери добровольцев не опускались ниже 75 человек в неделю, нередко превышая показатель 100 человек в неделю.
Это может быть в первую очередь связано с тем, как именно сейчас пополняет свои ряды Минобороны России.
Чтобы избежать необходимости проводить новую волну мобилизации, российские чиновники сосредоточились на активной вербовке на фронт людей, которых может заинтересовать перспектива стабильного и высокого заработка, пусть и в условиях повышенного риска.
По абсолютному числу погибших лидируют Краснодарский край, Башкортостан, Свердловская и Челябинская области. Но если сопоставить эти данные с учетом плотности мужского населения в каждом регионе, то список получится другим.
При пересчете числа подтвержденных погибших военных на каждые 10 тыс. мужского населения в регионах (в возрасте 16−61 года) первые пять строчек занимают Тува, Бурятия, Ненецкий автономный округ, Республика Алтай и Забайкальский край.
Для сравнения — замыкают этот список Санкт-Петербург и Москва. Причем для уроженцев двух этих городов вероятность погибнуть на войне в 20−30 раз меньше, чем для жителей ряда регионов Сибири и Дальнего Востока.
По оценке социологов, большая доля потерь приходится именно на преимущественно бедные регионы, испытывающие нехватку природных ресурсов. При анализе некрологов погибших за последний год заметно, что все чаще на войну отправляются мужчины, имеющие существенные долги перед кредитными организациями или службой судебных приставов.
Погибший в апреле Феликс Дзержинский, как выяснила Би-би-си, в прошлом году занял у микрофинансовых организаций по меньшей мере 30 тысяч рублей. Но у некоторых отправившихся на фронт россиян суммы задолженности составляют по 500 тысяч рублей и выше.
Потери офицеров и элитных подразделений
С начала вторжения Россия потеряла в Украине 3514 офицеров, в том числе 2603 человека в звании от младшего лейтенанта до капитана.
Младшие офицеры российской армии понесли существенные потери, поскольку именно им приходится принимать основные тактические решения по ведению боя. При этом большинство из них еще молоды (звание лейтенанта чаще всего получают в 21−22 года), неопытны, но уже вынуждены решать, как именно добиться целей, поставленных руководством.
В армиях стран НАТО многие задачи на поле боя уполномочены решать сержанты, капралы и другие младшие чины. В российской армии решения аналогичного уровня разрешено принимать офицерам в звании не ниже лейтенанта.
В итоге младшие офицеры вынуждены брать на себя больше функций по руководству боем на передовой и, как следствие, больше рисковать.
В числе погибших — 1060 элитных специалистов командного звена (в это число мы включили погибших офицеров ВДВ, морской пехоты, спецназа, отрядов особого назначения Росгвардии, а также военных пилотов).
Особенно высока доля потерь среди офицеров спецназа — как в ГРУ, так и в отрядах Росгвардии. Командирские звезды носил каждый пятый погибший сотрудник спецподразделений.
Общие цифры потерь
53 586 погибших — это только те потери, которые удалось подтвердить по открытым данным.
Реальное число погибших с российской стороны (без учета военных с территорий так называемых ДНР и ЛНР), по наблюдениям журналистов, может быть в два раза больше. Следовательно, реальное число погибших российских военных может превышать 107 тысяч человек.
Как считают
В России каждый день публикуются все новые имена погибших и фотографии с похорон. Чаще всего фамилии называют главы российских регионов или представители районных администраций, местные СМИ и учебные заведения, где ранее обучались погибшие, а также родственники.
Би-би-си, «Медиазона» и команда волонтеров изучают эти данные и вносят их в список, который ведется с начала российского вторжения в Украину.
Подтверждением гибели считаются публикации в российском официальном источнике или СМИ, публикации родственников либо посты в иных источниках, если они сопровождаются фотографиями захоронения.
В основном подсчете не учитываются потери самопровозглашенных республик ЛДНР. Однако если гражданин РФ добровольно отправился на войну и присоединился к армиям этих республик, это учитывается.
Рода войск определяются по сообщениям о том, где служил погибший, либо по знакам различия на форме. Мобилизованные, добровольцы и заключенные не являются отдельными родами войск, однако данные потери выделены в отдельную категорию, чтобы сравнить их с потерями профессиональных (контрактных) частей регулярной армии.