Ирина Левшина пришла в информационное агентство БелаПАН в далеком 1992 году. А в июле 2021-го, когда перед многими журналистами стоял вопрос, оставаться в стране или уезжать и продолжать работу из-за границы, она категорично заявила: «Никто меня отсюда не выкурит». Через месяц Ирину задержали сначала по одной уголовной статье, потом добавили еще одну. А 18 ноября ее вместе с еще двумя людьми, связанными с агентством, обвинили в «создании экстремистского формирования». Узнали, как ее характеризуют коллеги и что по ее делу говорит (не ее) адвокат.
18 августа силовики задержали Левшину, бывшего директора компании Дмитрия Новожилова, бухгалтера Екатерину Боеву, которую вскоре отпустили. В офисе провели обыск, опечатали его, изъяли серверы, заблокировали сайт. За решеткой находится также медиаменеджер Андрей Александров, который раньше работал в информагентстве.
Вырастила не одно поколение хороших журналистов и отстаивает права животных
БелаПАН для многих ассоциируется в первую очередь с именем его основателя Алеся Липая и с Ириной Левшиной, которая начинала как корреспондент и постепенно доросла до главного редактора. В январе этого года стала генеральным директором. Она фактически обучила и вырастила не одно поколение журналистов, признают ее бывшие коллеги. А информагентство стало делом ее жизни.
С момента, когда журналист Татьяна Коровенкова пришла в БелаПАН, ее рабочее место было справа от главреда — Ирины. Коллеги часто шутили, что Татьяна — правая рука Левшиной. Рука об руку они проработали полтора десятка лет.
— Для меня всегда была важна ее поддержка, хотя мы обе с сильными характерами, и у нас периодически случались столкновения взглядов и идей. Ирина — принципиальная, честная, верна себе и предана БелаПАН. Это ведь дело всей ее жизни, ее детище. Она собрала хорошую команду, причем эти люди по сути выращены при ее участии, потому что она учила нас, помогала стать хорошими журналистами, — рассказывает Татьяна Коровенкова. — Она всегда уважительно относится к сотрудникам, причем всегда встает на сторону своего журналиста. Даже в ситуации с пресс-конференцией с участием Протасевича… Были люди, которые удивлялись, что Левшина не просто меня не поругала за то, что я выступила, но публично меня поддержала.
Напомним, Татьяна Коровенкова поддержала Романа Протасевича во время пресс-конференции, организованной МИД примерно через месяц после задержания блогера.
Левшина внимательно следит за всеми общественно-политическими событиями, ее не оставляет равнодушной социальная несправедливость, особенно к наиболее уязвимым группам. Именно поэтому особое внимание она уделяет в работе теме защиты животных.
— Даже с учетом информационного фона в последний год она периодически просила эту тему поднимать, не забывать об этом, чтобы знать, что происходит в этом направлении. Ирина сама очень любит животных, они всегда были у нее дома. Это и лабрадор Бруклин, который умер этим летом. Она также заводила котов, причем брала их только в приюте. И все время помогала животным, как могла, Например, к офису БелаПАН постоянно приходили коты, которых там кормили и помогали им, — делится воспоминаниями бывшая коллега Анастасия.
— Ирина очень чувствительна к несправедливости. Понятно, что последний год для нее, как и для всех нас, стал вызовом, когда творится беззаконие, которое невозможно не замечать. В своей работе она делала все, что могла, чтобы отстоять справедливость, — говорит Татьяна Коровенкова.
Знала, что за ней могут прийти и не жалеет о решении не уезжать
По словам журналистки, Ирина Левшина не принимала настойчивые советы уехать, и порой даже злилась. В июле этого года она объясняла, что давно готова к тому, что за ней «могут прийти». «Конечно, неприятно ощущать тревогу, услышав шум за входной дверью, но я фаталист: делаю, что считаю нужным, — и будь что будет», — говорила тогда главред информагентства.
— Ира — такой человек, который если принял решение, то не будет о нем сожалеть. Она все сделала так, как считала правильным, — говорит Татьяна Коровенкова о выборе Левшиной остаться в стране, несмотря на риск быть задержанной. — Очень жалко, что множество талантливых людей, которые могли бы приносить пользу стране, вынуждены сидеть в заключении. Люди, которые сидят, — это их жертва во имя Беларуси. Но это именно жертва, потому что люди сидят в плохих условиях, с совершенно непонятными перспективами в связи с абсурдными обвинениями.
Сама Левшина в письмах из СИЗО передает, что «настроена на длинное захватывающее приключение».
«Слегка тревожное, но от этого не менее интересное. Много читаем, на прогулках занимаемся гимнастикой ежедневно, пишем диктанты и иногда смотрим некоторые сериалы. Из транслируемых новостей пытаемся понять, что происходит на самом деле — иногда удается, благодаря профессиональному опыту. Присутствие духа не теряем, потому что безумие не может длиться долго. А даже если может — ну что ж, переживем, пересидим», — пишет Левшина знакомым.
Судя по письмам, она бодра, часто высказывает слова поддержки коллегам и восхищение тем, что в непростой период они продолжали работать, говорят те, кто переписывается с Ириной.
— У нас с ней переписка не заладилась. Я отправила ей восемь писем, а недавно узнала, что дошли только два. Мне от нее пришли тоже два письма и одна открытка, которую она сама разрисовала. Там было написано: «Надеюсь, хотя бы эта открытка тебе придет». Так я поняла, что она мне шлет больше, но доходит только часть ее писем, — говорит Анастасия. — В целом она держится оптимистично. Это всегда меня поражает. Она воспринимает свое заключение как этап, который ей предстоит пройти. А еще говорит, что продолжает быть журналистом — узнает людей, другой мир.
«Усё ідзе так, як павінна быць. Жыццё працягваецца ў любым выпадку. І только ад нас залежыць, як яно праходзіць, дзе б мы не знаходзіліся. Побач са мной разумныя, добрыя і сумленныя людзі — гэта галоўнае. Усё астатняе можна перажыць», — пишет Ирина в другом письме.
Адвокат: Процессы будут показательными, чтобы другим неповадно было
1 ноября КГБ признал БелаПАН экстремистским формированием. Это первое СМИ с таким статусом. До него таковыми признавали в основном телеграм-каналы. При этом информагентство даже не считалось экстремистским ресурсом. Ирину Левшину, экс-руководителя компании Дмитрия Новожилова и медиаменеджера Андрея Александрова обвинили в «создании экстремистского формирования». Это третья уголовная статья для Левшиной: сначала была часть 1 статьи 342 УК (Организация и активное участие в действиях, грубо нарушающих общественный порядок), потом к ней добавилась часть 2 статьи 243 УК (Уклонение от уплаты налогов, повлекшее причинение ущерба в крупном размере).
Российский адвокат Антон Гашинский объясняет, что статья 361−1 УК (Создание экстремистского формирования либо участие в нем), которую вменили Левшиной, обычно применяется вместе с какой-то другой статьей Уголовного кодекса. При этом, говорит он, под «экстремистское формирование» может не подпадать БелаПАН как юридическое лицо.
— Если в статье написано «Создание экстремистского формирования либо участие в нем с целью совершения противоправной деятельности…», то должны быть последствия в виде противоправной деятельности. Так как у Александрова, Новожилова и Левшиной есть статья 342 УК, то им и вменили статью 361−1 УК. Кому-то создание, а кому-то — участие. Если у других сотрудников информагентства нет другой вмененной им уголовной статьи, то им нет смысла переживать по поводу статьи за создание либо участие в экстремистском формировании, — объясняет адвокат.
При этом Антон Гашинский отмечает, что если в деле есть такая статья, то вряд ли людей, которые по ней проходят, может ожидать помилование. В целом же, так как практики применения этой статьи в Беларуси нет, юристам сложно предположить, как будут развиваться события. Уголовные дела и судебные процессы по ней будут эту практику формировать. Но по мнению адвоката, процессы по этой статье будут показательными, чтобы «другим неповадно было».